Глава 14. - Эльвира Разбаева - громко произнес Никита

- Эльвира Разбаева… - громко произнес Никита. - Красиво, да? Эльвира Разбаева!

- Откуда ты знаешь? - ахнула Антонина. - Кто рассказал?

- Вот что тебя волнует? - окрысился сын. - Забеспокоилась, через какую щель правда вытекла? Я еще знаю про Светлану Мешанкину. Нравится?

Мать молчала.

- Нравится? - переспросил Никита. - Ваще, блин, прикол! Мать, я реально прифигел! Ты меня всю жизнь обманывала, врала, требовала поступать правильно, твердила об учебе… А сама убила людей! Может, их и больше было, чем двое?

- Кто тебе на меня наговорил? - прошептала Антонина Михайловна.

У Кирилловой не было актерских способностей, и застывшая в прихожей Ника сразу поняла: она лжет.

- Мама, не надо, - произнес Никита. - Ты меня Глава 14. - Эльвира Разбаева - громко произнес Никита учила честности, а сама?

- Если я что и совершила, то исключительно ради твоего счастья, - воскликнула Антонина Михайловна.

- Интересненько… - протянул Никита. - Хороший ход! Виновный найден. И кто же он? А давайте-ка угадаем, ребятки, как его зовут? Бу-ра-ти-но! Бу-ра-ти-но! Круто. Но случился облом: Разбаева умерла, когда мне год исполнился. Я че, тебя просил ее убивать?

- Вся моя жизнь посвящена тебе, - объявила Антонина Михайловна, - до последней капли. А ты учиться не желаешь, завел отвратительную девчонку…

- Мамахен, тебе не кажется, что ты не имеешь права осуждать Нику? - вкрадчиво спросил Никита.

- Она проститутка! - взвилась Антонина. - Убьет Глава 14. - Эльвира Разбаева - громко произнес Никита за копейку!

- Ну, пока что Ника никого и пальцем не тронула, чего нельзя сказать о тебе, дорогая мамочка, - перебил Никита. - Поэтому давай лучше обсудим тебя. И кого мы имеем? Убийцу и сволочь!

Кириллова молчала.

- Ты брехала мне с рождения, - продолжал Никита, - комплексы внушала: вечно я самый плохой, тупой, ужасный, не оправдываю твои надежды. У всех дети, как конфетки, а Никита дерьмо на палочке. Сколько раз ты твердила: «Посмотри на меня, я честно добилась успеха». А я в непонятках корчился - где успех-то? Ну, квартира есть, типа по размеру бардачок. А остальное? Но я тебя жалел. Получу от тебя в морду, выслушаю очередное Глава 14. - Эльвира Разбаева - громко произнес Никита твое «честно добилась успеха» и молчу. Постоянно хотел сказать: «Разуй глаза! Живешь в нищете!» Но помалкивал. И что? Мамахен, неужели тебе за убийство дали всего-то две комнатушки? Продешевила ты!

- Прекрати вести беседу в хамском тоне, - потребовала Антонина. - Я тебя родила, вырастила, выкормила! Помни об этом, когда в следующий раз рот раскроешь, иначе…

- Иначе что? - засмеялся Никита. - Выбросишь меня из окна, как Эльвиру и Светлану? Не выйдет, я большой мальчик, отобьюсь. Короче, мамахен! Хочешь и дальше на метро в бухгалтерию кататься? Тогда придется тебе мои требования выполнить. И главное требование такое: собирай тряпки и сваливай вон Глава 14. - Эльвира Разбаева - громко произнес Никита.

- Куда же мне идти, сыночек? - сменила тактику Кириллова.

Антонина Михайловна решила не нападать на Никиту, а вызвать у сына жалость.

- А мне по фигу, мамахен, - не дрогнул тот. - На улицу, к своему хозяину…

- Дай мне объясниться, - заплакала Антонина Михайловна.

- Ну, попробуй, - сменил вдруг гнев на милость Никита.

- Мы с твоим отцом… - завела Кириллова, и в ту же секунду была прервана:

- Не начинай рок-н-ролл про папашку, - предостерег парень, - нахлебался я твоих песен! Сколько раз ты мне твердила: «Главное, не будь похожим на папашу-пьяницу! Не прикасайся к водке, не кури, не шляйся…» Рассказывай о Разбаевой.



- Я пытаюсь, - захныкала Глава 14. - Эльвира Разбаева - громко произнес Никита мать, - не торопи меня. Мы с твоим отцом…

- Опять, - простонал Никита. - Завис сайт! Кликни на выход!

- …не были знакомы, - в отчаянии выкрикнула Антонина.

Никита закашлялся.

- То есть как это вы с моим отцом были незнакомы?

Антонина Михайловна всхлипнула.

- Я до тридцати шести лет не нашла мужа. Бабка твоя виновата - вбила мне в голову: не целуйся без любви, ищи своего единственного, идеального мужчину. Мать всех моих кавалеров отвадила. Караулила меня словно золотое яйцо, и если я позже девяти домой являлась, встречала с ремнем в руке. Вдумайся, Никитушка: тридцать лет мне стукнуло, а мама за опоздание наказывала!

- Вечно у тебя кто-то Глава 14. - Эльвира Разбаева - громко произнес Никита виноват, - не пожалел ее парень, - могла бы старуху в задницу послать.

- Не так меня воспитали… - простонала Кириллова. - Наконец мать скончалась, я ее похоронила и вздохнула. Ну, думаю, свобода! Теперь без цербера поживу, погуляю. А на дворе девяносто первый год. Продуктов нет, зарплату то ли дадут, то ли зажмут, живу в коммуналке. В квартире еще две комнаты, в них по семье: Фирсовы и Табашниковы. У первых двое детей, у вторых трое. Они на очереди стояли, жилье ждали, но в стране революция случилась, какое уж тут бесплатное расселение. Кухня крохотная, девять метров, ванная пеналом, совмещенка с сортиром. Фирсова стирает, а мне Глава 14. - Эльвира Разбаева - громко произнес Никита в туалет охота, так не пустит!

- Жесть, - констатировал Никита.

Мать обрадовалась почти человеческой реакции сына.

- Но я не унывала. Работала тогда в НИИ, а там занимались оборонкой, много холостых мужчин было. Рассчитывала найти среди них свою любовь. Но не срослось.

- Че так? - хмыкнул Никита. - Рожей не вышла?

- Да, красотой меня господь не наградил, - согласилась Антонина. - Фигурой тоже. Одежды нет, старая дева, никому не нужна. Как-то вечером я на работе задержалась и пошла домой через пустырь, решила сократить дорогу. Полпути пробежала, а потом чувствую - сзади меня хватают. Ну, не хочу подробности описывать. Темень стояла, я испугалась и лица Глава 14. - Эльвира Разбаева - громко произнес Никита насильника не рассмотрела. Только запах помню - от него несло кофе и булками сдобными, наверное, недавно поел. Это все.

- Как все? - спросил Никита. - Ты в милицию ходила?

- Нет, сыночек, - после паузы промолвила Кириллова.

- Да почему? - возмутился парень.

- Стыдно стало, - призналась Антонина Михайловна. - Начались бы расспросы, разговоры. В нашем подъезде участковый жил, а у его жены не язык - поганая метелка, разнесла бы весть, в меня бы пальцем тыкали, посмеивались. Я домой тихо вернулась, никто из соседей ничего не заподозрил.

- Значит, я родился от того насильника? - растерялся Никита. - Вот уж новость! Чего ты аборт не сделала?

- И где б тогда ты очутился Глава 14. - Эльвира Разбаева - громко произнес Никита? - неожиданно засмеялась Антонина. - Не скрою, я думала об операции. Но потом сообразила: грех это, мне ведь уже к сороковнику подкатывает, шанс завести ребенка невелик. Ну и решила родить - будет кому в старости мне стакан воды подать…

Никита отреагировал стандартно:

- Жесть!

- Когда ты родился, я из НИИ ушла, - продолжала Кириллова. - Нашла неподалеку от дома детский сад и сказала директору: так, мол, и так, жила в гражданском браке, надеялась на серьезные отношения, поэтому забеременела. А сожитель исчез. Возьмите меня на службу в свое учреждение, буду работать на совесть: нянечкой, воспитателем, уборщицей, мне без разницы. Одно условие - мальчика моего тоже примите. Иначе как Глава 14. - Эльвира Разбаева - громко произнес Никита было выжить? Бабушек нет, подругами не обзавелась…

Никита чихнул.

- Ну ты, мать, зажгла!

- Зажгла, сыночек, - согласилась Антонина. - И повезло нам с тобой. Директриса Клара Егоровна, царствие ей небесное, мягкой травы в раю, была душевная женщина. Она спросила: «Вы экономист по профессии? Отлично, у нас как раз бухгалтер уволилась». Так что все устроилось отлично. Утром тебя в группу принесу и за дело. Завтракать, обедать, ужинать готовить не надо, от детей много остается. Забегу в перерыв, гляну на тебя, и сердце радуется. Я бухгалтер, своя в коллективе, ко мне можно прийти в долг попросить, не откажу. А в ответ - за тобой прежде всех Глава 14. - Эльвира Разбаева - громко произнес Никита детей ухаживали. Наладилась жизнь. Но соседи… Они как узнали про тебя, чуть не убили. Орали: «Куда в нашу конуру еще одного младенца?»

- Суки! - возмутился Никита. - Ты разве у них из милости жила? Имела те же права! Сами нарожали спиногрызов.

- Вот-вот, - подхватила Антонина Михайловна. - Так я и заявила: «Закройте свои пасти. Живу по ордеру, квартплату вношу аккуратно, свет, газ не нажигаю, в свою очередь места общего пользования мою, а уж сколько рожать и от кого - мое личное дело!» И началось… Повешу в ванной распашонки, зайду через час - они грязные на полу. Поставлю тебе кефир подогреть, а его выключат. То Глава 14. - Эльвира Разбаева - громко произнес Никита в коляске песок окажется, то мои продукты из холодильника исчезнут. Участковый пришел и пристал со всякой ерундой: ваш, говорит, мальчик от чеченца, таких из Москвы выселяют. Медсестра из поликлиники заходила - ее соседи не пустили. Анонимки писали и на работу, и в соцзащиту, мол, одинокая мать издевается над сыном. Доводили меня до истерики. А куда деваться? Теснотищу не продать, не разменять, мучиться нам до смерти в такой компании… От нервов я есть перестала, в скелет превратилась. Ты, когда болел, кричал по ночам. Справа мне в стену Фирсовы колотят: «Уйми своего, наши детки спать хотят». Слева Табашниковы вопят: «Заткни Глава 14. - Эльвира Разбаева - громко произнес Никита гаденыша! На работу в шесть вставать».

Антонина Михайловна, вспомнив прошлые свои мытарства, расплакалась. Как ни странно, Никита молча ждал, когда мать успокоится. Через минуту она продолжила рассказ.

- Хорошо помню: исполнилось тебе восемь месяцев, вхожу в садик и думаю: «Останусь тут навсегда, выпрошу у директрисы кладовку, втащу туда раскладушку, нам хватит».

Клара Егоровна мне навстречу пошла, только очень просила, чтобы никто не пронюхал. Не положено в детском учреждении на ночлег даже сотрудникам оставаться. Полгода я в кладовке спала, домой постирать и переодеться заглядывала. А потом все и случилось…

Однажды к Кирилловой подошла симпатичная молодая женщина Надя, мать Андрея Савельева, и поинтересовалась:

- Тонечка Глава 14. - Эльвира Разбаева - громко произнес Никита, вы случайно не заболели? Бледная такая, прямо прозрачная, синяки под глазами в пол-лица. Хотите, посоветую хорошего врача?

- Лучше подскажите, как избавиться от соседей, - неожиданно для себя ответила Тоня.

- Пошли, поговорим, - предложила Савельева.

Была зима, но не по-московски теплая. Надя и Антонина устроились в беседке, в которой прятались во время прогулок от дождя старшие воспитанники, и Кириллова вдруг разоткровенничалась, поведала, в каком кошмаре живет.

- Боже! Какой ужас! - закатила глаза Надя. - Попробую вам помочь.

- Как? - мрачно улыбнулась Антонина.

- Есть одна мысль, - загадочно пообещала Надя.

Не прошло и трех дней, как Савельева снова подошла к ней. Положила перед Антониной Глава 14. - Эльвира Разбаева - громко произнес Никита на стол бумажку, ткнула в нее пальцем и произнесла:

- Надеюсь, недоразумение с оплатой выяснилось?

Кириллова не поняла, о чем она, но опустила глаза и прочитала записку: «Приходите через час в метро, первая скамейка на перроне в сторону центра, есть хорошая новость».

Теряясь в догадках, Антонина Михайловна явилась в указанное место. Надя придвинулась к ней вплотную и сказала:

- У меня есть лучшая подруга. Она обожает своего мужа, а тот, кобель отвязный, носится по бабам. Одна любовница от него забеременела и теперь тянет деньги. Ребенок шалаве не нужен, ей охота обеспеченного мужчину у ноги держать. На беду, у подруги Глава 14. - Эльвира Разбаева - громко произнес Никита детей нет, вот муж и ополоумел. Хочет признать девчонку, развестись с законной супругой, которая ему лучшие годы жизни отдала, вытурить ее, поселить в доме проститутку. Вам нужна квартира?

- Да, - кивнула Антонина, не уловившая связи между своей мечтой и чужими семейными проблемами.

- Двушка подойдет? - деловито осведомилась Надя. - Правда, в блочке, не кирпич.

- И мечтать не смею, - чуть не заплакала Тоня.

- Любая мечта может стать явью, - расфилософствовалась Савельева, - поможете моей подруге и получите хоромы.

- Правда? - ахнула Кириллова. Но насторожилась: - А что надо сделать?

Надя щелкнула пальцами.

- Пустячок. Дочь любовницы ходит в ваш садик. Проститутка не в курсе, кто я, вижу ее здесь часто Глава 14. - Эльвира Разбаева - громко произнес Никита. Таким только на трассе стоять, за десять рублей дальнобойщиков развлекать! Звать ребенка Эльвира Разбаева.

- Есть такая, - согласилась Антонина, - мать девочки аккуратно плату вносит.

- Ей лучше не быть, - объявила Надя.

- Не быть? - не поняла Кириллова. - Где?

- Нигде, - пожала плечами Савельева.

- Хотите, чтобы девочку выгнали из сада? - догадалась Антонина Михайловна.

Надя зашептала:

- Нет. Эльвире надлежит вообще исчезнуть. У вас дети спят при открытых окнах, воспитательница во время тихого часа обедает, а потом сама дремлет.

- Вообще-то это не положено, с ребятками непременно должен находиться взрослый, - вспомнила служебную инструкцию Кириллова.

Надя усмехнулась.

- Но вы же отлично знаете: взрослых в группе два часа Глава 14. - Эльвира Разбаева - громко произнес Никита нет. Я их не осуждаю, наоборот, им от души сочувствую. Ну как они выдерживают капризы чужих детей? Так вот, никого не удивит, если двухлетняя девочка подойдет к окну и выпадет из него.

- Но ведь ребенок разобьется насмерть, - еле-еле выдавила бухгалтер. - Сами знаете, садик расположен в отдельном здании, типовой проект шестидесятых годов. Справа три этажа, переход и слева еще один корпус. Уменьшенный самолет. Группа Разбаевой находится под крышей. Девочка свалится на асфальт и погибнет.

- Вот и отлично, - кивнула Надя. - Нет спиногрызки, нет проблем у моей подруги. Любовник шалаву тут же бросит.

- Нет, я не могу, - отказалась Тоня.

Надя Глава 14. - Эльвира Разбаева - громко произнес Никита достала из сумки лист бумаги.

- Смотрите, вот план двушки. Большая комната вам, меньшая Никите. Можно чуть отрезать от коридора и увеличить спальню мальчика. Нравится?

Антонина заплакала, а Савельева добавила:

- В понедельник с Эльвирой происходит несчастный случай, во вторник вы получаете квартиру. Она пустая, с ремонтом, сантехника отечественная, но новая. Обживетесь и переделаете гнездо, но и сейчас в нем жить можно.

Кириллова, всхлипнув, засомневалась:

- Люди будут задавать вопросы. Что я отвечу? Откуда жилплощадь?

Надя сложила план.

- Вы не обязаны никому ничего объяснять. К тому же легко можете перевести стрелки на отца Никиты. Мол, у него проснулась совесть, он решил Глава 14. - Эльвира Разбаева - громко произнес Никита помочь матери своего сына.

- А документы, - пролепетала Антонина. - Бумаги, ордер…

Надя похлопала ее по плечу.

- Я владею риелторской конторой, все оформлю в лучшем виде. Решайтесь. Мне нужен конкретный ответ - или вы помогаете нам, или нет. Поверьте, это единственный шанс выехать из коммуналки. С течением времени ситуация на рынке жилья только ухудшится.

- Да! - выпалила Антонина. - Да, да, да!

- Шикарно! - обрадовалась Савельева. И сразу перешла с ней на «ты»: - Молодец! Матери ради счастья детей и не на такое способны. Теперь слушай, как надо действовать. Запоминай хорошо, записывать нельзя. Будешь следовать моим указаниям, все пройдет без сучка и задоринки…

В понедельник Антонина Глава 14. - Эльвира Разбаева - громко произнес Никита Михайловна дождалась, пока воспитательница Валентина Никитична уляжется на диване в комнате отдыха персонала, надела серо-голубой халат (его обязаны были носить все, кто имеет дело с малышами), водрузила на голову шапочку, которая также являлась необходимым атрибутом, и очень тихо вошла в спальню. В детском саду действовала программа закаливания в любое время года: невзирая на погоду, тихий час дети проводили под одеялами с открытым в комнате окном.

Эльвира лежала в кроватке, но спать не собиралась, хотя и вставать боялась - воспитательница Валентина Никитична славилась крутым нравом. При родителях баба сюсюкала с воспитанниками, но стоило мамочкам скрыться за дверью, как милую улыбку на ее Глава 14. - Эльвира Разбаева - громко произнес Никита лице сменяла гримаса злости.

- Хочешь посмотреть, как на улице идет дождь? - спросила Антонина Михайловна у девочки.

Малышке исполнилось два года, она отлично понимала речь взрослых, но сама говорила плохо, часто коверкая слова. Предложение полюбоваться на дождь ей понравилось, Эля откинула одеяльце, сунула ноги в тапки и поспешила к открытому окошку. Напомню, дело происходило в начале девяностых, стеклопакеты тогда были очень дорогим удовольствием, районный садик не мог их себе позволить.

- Возьми стульчик, иначе не достанешь до подоконника, - велела Антонина. - И прихвати свою куклу, ей тоже охота поглядеть.

Кириллова старательно соблюдала указания Нади, которая строго-настрого велела: «Ничего не трогай Глава 14. - Эльвира Разбаева - громко произнес Никита, девочка должна сама подтащить стул и вскарабкаться на подоконник».

Когда Эля легла животом на подоконник, Тоня шепнула:

- Бросай лялю!

Малышка засмеялась и швырнула игрушку в окно.

- Ой-ой-ой, - запричитала Кириллова, - надо ее достать, а то Валентина Никитична рассердится!

Девчушка испугалась, перевесилась через крашеный подоконник, глядя вниз, а Антонина подначила:

- Ну, чуть пониже и дотянешься!

Спустя секунду в воздухе мелькнули босые ножки, тапочки Эльвиры остались в комнате. Одна на полу, другая валялась на стульчике. У Антонины Михайловны не хватило духа выглянуть в окно. Она на цыпочках понеслась в свой кабинет, по дороге вернула халат и шапочку в шкаф и стала Глава 14. - Эльвира Разбаева - громко произнес Никита ждать, когда в детском саду поднимут тревогу.


documentaxciedl.html
documentaxcilnt.html
documentaxcisyb.html
documentaxcjaij.html
documentaxcjhsr.html
Документ Глава 14. - Эльвира Разбаева - громко произнес Никита